Комментарий эксперта

Светлана Щепеткина, руководитель ООО «НКЦ РТСТ», к.вет.н.
Светлана Щепеткина, руководитель ООО «НКЦ РТСТ», к.вет.н. :

В настоящее время дефицита ветпрепаратов для сельхозживотных в России практически нет, так как в самом начале изменения геополитической ситуации большинство производителей сделали максимальный запас препаратов. Так, многие предприятия сделали заказ на 3-6 месяцев, поэтому сейчас имеют определенный запас.

Вместе с тем следует отметить, что в связи с повышенным спросом значительно повысилась стоимость ряда препаратов. Рост цен связан и с увеличением стоимости субстанций – исходного сырья для производства ветпрепаратов. Так, в апреле некоторые производители антибиотиков отмечали рост стоимости субстанций в 2-3 раза.

В сегменте крупного рогатого скота основными производителями являются компании Boehringer Ingelheim, CEVA (сюда входит и Merial), Intervet, Laboratorios Hipra, Zoetis (указала в алфавитном порядке, не по рейтингу продаж).

По утверждению заместителя руководителя Россельхознадзора Константина Савенкова, озвученном 13 мая 2022 года на семинаре ВНИИЗЖ по импортозамещению на рынке зарегистрировано 897 вакцин и свыше 1260 препаратов. Представлена продукция 339 производителей, из них 101 – Российской Федерации. При этом российские производители зарегистрировали в 1,5 раза больше препаратов (в т.ч. вакцин), чем иностранные. В сегменте крупного рогатого скота 71% представляют отечественные, 29% - импортные вакцины. Из используемых на территории РФ 35 тысяч тонн антибиотиков, кокцидиостатиков и противопаразитарных препаратов 44% - отечественного производства.

Вместе с тем данные цифры вызывают сомнения, так как системный анализ открытых официальных источников свидетельствует о другом.

Так, по состоянию на 12 июля 2022 года в Государственном реестре ветеринарных препаратов зарегистрировано 614 вакцин, то есть на 283 вакцины меньше заявляемых Россельхознадзором (https://galen.vetrf.ru/#/registry/pharm/registry?page=1&f_pharmTypes=V)

Из 127 субстанций – основы для производства антибиотиков, кокцидиостатиков и противопаразитарных ветпрепаратов в России зарегистрирована только одна российская субстанция– аверсектин компании Фармбиомед. Остальные поступают к нам из Китая, Испании, Индии, Болгарии и др. стран.

https://galen.vetrf.ru/#/registry/substance/registry?page=1

В апреле Департамент Ветеринарии Минсельхоза России разослал письмо с информацией «О наличии отечественных аналогов из письма Департамента ветеринарии № 25/746 от 5 апреля 2022 года.

Однако и здесь систематизация и анализ информации свидетельствует о том, что цифры сильно преувеличены (таб. 1,2).

Таблица 1

Сводный анализ российских вакцин – аналогов зарубежных, представленных в письме Департамента ветеринарии Минсельхоза России № 25/746 от 5 апреля 2022 года

131112.png

Таблица 2

Сводный анализ ветеринарных препаратов российского производства, представленных в качестве аналогов зарубежным препаратам в письме Департамента ветеринарии Минсельхоза России от 05.04.2022 № 25/746

1311121121.png

Почему получилась такая разница?

Начнем с вакцин.

Очень ярким примером является перечень вакцин ВНИИЗЖ, в котором одна и та же вакцина повторяется по многу раз и называется аналогом разных зарубежных вакцин. Например, название «Вирусвакцина против ньюкаслской болезни из штамма «Ла-Сота» повторяется 15 раз, в «Вирусвакцина против инфекционной бурсальной болезни из штамма «БГ» - 10 раз. Если сократить дубли, то у ВНИИЗЖ останется всего 33 вакцины, которые могут являться аналогами лишь 84 из 115 заявленных зарубежных вакцин.

При этом для крупного рогатого скота ВНИИЗЖ производит только 4 вакцины, почему-то называя инактивированные вакцины аналогами живых аттенуированных (ослабленных) вакцин. Но ведь инактивированная вакцина не может быть аналогом живой, так как от ее применения медленнее вырабатывается иммунитет, колоть ее нужно большее количество раз, и иммуногенность и продолжительность иммунитета совсем другая. Это знают ветеринарные врачи, мнения которых не спрашивают.

Более того, руководитель Россельхознадзора Сергей Данкверт заявил на Петербургском Международном Экономическом Форуме, что традиция использования в России импортных ветеринарных препаратов во многом обусловлена «широкими рекламными кампаниями и работой западных маркетологов, которые в течение 10–15 последних лет возили наших ветеринарных врачей в круизы по дорогим курортам». Как считает глава РСН, «после таких путешествий наши врачи начинали отдавать приоритет импортным вакцинам» (Источник: ТАСС).

Однако в письме Департамента ветеринарии представлено всего 26 российских вакцин для крупного рогатого скота, заявленных аналогами 62 зарубежных. При этом фактическими аналогами являются лишь 16, большая часть из которых против сибирской язвы и болезни Ауески.

Опасность же приносят совершенно другие болезни! Например, вирусная диарея, инфекционный ринотрахеит, парагрипп, рота- и коронавирусные болезни и др.

При этом аналогом зарубежной вакцины против шести болезней называют вакцину против одной болезни! Ставропольская биофабрика даже новый термин ввела – «Неполный аналог!».

Чем чревато это для отечественного молочного животноводства?

Вместо однократного применения живой ослабленной вакцины коровам будут 3-4 раза вводить инактиват. Каждый раз – это стресс и снижение продуктивности.

Отсутствие адекватной защиты для телят будет вызывать необратимые изменения в организме и низкую продуктивность во взрослом возрасте, а также повышенную конверсию корма (например, переболевание вирусной диареей приводит к недоразвитию ворсинок кишечника, снижению усвояемости кормов и последующую низкую продуктивность). Это понимают собственники предприятий и фермеры всего мира. Именно поэтому именно эти вакцины востребованы во всем мире, достаточно провести анализ продаж. У нас же за 30 лет после развала СССР биологическая промышленность претерпела самые плачевные изменения, не говоря уже о научной инфраструктуре, на базе которой можно было бы проводить промышленные испытания биопрепаратов.     

В отношении ветпрепаратов ситуация иная.

В письме Департамента ветеринарии аналогами называют препараты, предназначенные для других видов животных, препараты с разными действующими веществами и разным составом, разных фармакологических групп и областью применения, а также препараты с разной концентрацией действующих веществ (достигает 3-5 раз) и разной каренцией (периодом выведения из организма – аналогами называют препараты с каренцией 3 и 25 суток).

Однако на основании именно этих данных правительство выделяет финансирование на увеличение производства российских препаратов, сокращая сроки регистрации ветпрепаратов, выводит российских производителей ветпрепаратов в отдельную отрасль. Получается, что значительные денежные средства выделяются на развитие и производство того, чего нет.

Вышеперечисленное свидетельствует о том, что при полной изоляции России от зарубежных поставок качественно импортозаместить мы не можем практически ничего.

При наличии поставок зарубежных субстанций мы можем заместить антибиотики, кокцидиостатики и противопаразитарные средства. Импортозамещение российскими вакцинами в сегменте крупного рогатого скота чревато значительными потерями продуктивности,  снижением воспроизводительных функций, болезнями молодняка и отсутствием реализации генетического потенциала высокопродуктивного крупного рогатого скота и в конечном счете снижением экономической эффективности производства молока.

Мы до сих пор производим хорошие вакцины против особо опасных болезней. Например, противоящурные вакцины российского производства пользуются большим спросом в неблагополучных странах. Однако основной ущерб уже давно наносят не эти болезни!

Кроме этого, за последние годы создано такое ветеринарное законодательство, что крайне сложно утверждать об эффективности тех или иных препаратов. За достоверность клинических и доклинических исследований отвечает Разработчик, а исследование на биоэквивалентность не регламентируются никаким образом. Зарубежные производители годами инспектируются сотрудниками Россельхознадзора, а регистрации зарубежных ветпрепаратов приостанавливаются по непонятным причинам.

Отсутствие адекватной научно-исследовательской инфраструктуры не позволяет проверить новые препараты на промышленном поголовье, то есть из вивария выходят с вакциной наголо. При этом зарубежным производителям, эффективно продающим препараты во всем мире, ставятся регуляторные препоны, не позволяющие осуществлять поставки в Россию.

На мой взгляд, руководству страны следует избавиться от иллюзий тотального импортозамещения и наличия ветеринарного благополучия страны, провести адекватный анализ ситуации и вложить денежные средства не в увеличение объемов производства псевдоаналогов,  а в разработку адекватного ветеринарного законодательства, развитие научной и образовательной инфраструктуры, чтобы как можно быстрее получить реальные результаты.

Важнейшим этапом стимуляции импортозамещения является привлечение профильного профессионального сообщества к решению актуальных задач в каждом сегменте животноводства. Пока же об этом мы можем только мечтать и пытаться получать результаты не во имя, а вопреки регуляторной системе, сформированной в сельском хозяйстве в целом, включая животноводство и ветеринарную медицину.

Продолжение же актуальной политики в самое ближайшее время приведет к возникновению эпизоотических вспышек, снижению продуктивности и экономической эффективности ведения животноводства. 


30.11.2022
На прошлой неделе Lely International объявила о прекращении работы программного обеспечения Horizon на территории России. Программа недоступна пользователям в РФ с 24 ноября, а все фермы, которые использовали ее, будут переведены на T4C. The DairyNews обратились за комментариями к представителям Lely, а также опросили представителей животноводческих хозяйств, чтобы узнать, возникали ли у них проблемы с программным обеспечением или комплектующими для используемых на фермах роботов.
Читать полностью