Комментарий эксперта

Юрий Федюкин, Управляющий партнер юридической компании Enterprise Legal Solutions
Юрий Федюкин, Управляющий партнер юридической компании Enterprise Legal Solutions :

Когда мы говорим о легализации параллельного импорта, нужно все-таки признавать, что фактически такое явление существует на российском рынке товаров и услуг, причем, как в  b2c, так и b2b сегментах, с незапамятных времен. При этом противоречить закону оно начало только с 2002 года, когда на уровне федерального законодательства был впервые закреплен национальный принцип исчерпания исключительных прав на товарный знак, который сейчас закреплен статьей 1487 ГК РФ.

Норма появилась, а «серый» рынок товаров никуда не исчез, поскольку, в общем-то, за нарушения порядка ввоза товаров, на которые нанесен товарный знак производителя, без разрешения производителя даже не установлено административной ответственности. Есть ответственность за ввоз контрафактной продукции, но параллельный импорт предполагает введение в оборот продукции легально произведенной и приобретенной импортером. Поэтому единственным видом ответственности в РФ за параллельный импорт остается гражданско-правовая.

Это значит, что правообладатель или его официальный представитель в России должен подать иск в суд к не официальному импортеру с требованием компенсации причиненного ему ущерба. А дальше уже суд будет решать, обоснованы ли требования правообладателя, нарушены ли его законные интересы, и соответствуют ли заявленные к нарушителю требования масштабам его деятельности и тому ущербу, который в результате мог быть причинен.

Такая судебная практика есть, она вполне обширна и решения принимаются часто в пользу правообладателей и их законных представителей, но справедливости ради отмечу, что в масштабах российского рынка товаров и услуг количество таких судебных споров ничтожно мало. Во-первых, потому что «серый» или «параллельный» импорт — это ниша, в которой работают либо представители среднего и малого бизнеса, которые везут в Россию электронику, детали для автомобилей, предметы одежды и обуви и тд, либо очень узкоспециализированные компании, которые  могут поставлять находящимся под санкциями компаниям применяющееся в промышленном производстве оборудование. В первом случае правообладатели редко подают иски к серым импортерам просто в силу того, что это  стрельба по комарам из пушки, во втором случае правообладатель, скорее всего, прекрасно осведомлен о том, кому и в каких целях продает свою продукцию и подать в суд может разве что во избежание применения вторичных санкций к самому себе. 

Так вот, повторюсь, что параллельный импорт — это нечто, что в России существовало и до 2002 года и продолжило существовать после. Да, в нашей стране, в отличие от США, где действует международный принцип исчерпания исключительных прав (принцип первой сделки, после которой товар можно перепродавать) или ЕС, где действует региональный (первая сделка должна быть совершена на территории любой страны ЕС), установлен национальный принцип (первая сделка должна быть совершена на территории страны), который на самом деле действительно наиболее полно отвечает интересам правообладателя, поскольку формально это ведет к формированию предпосылок монополизации. 

Но нормы, которые этот принцип закрепляют (в первую и едва ли не в последнюю очередь это статья 1487 ГК РФ), носят в общем-то декоративный характер, поскольку фактически применение механизмов параллельного импорта даже не формирует состава административного нарушения само по себе. 

Отвечает ли применение самого либерального международного принципа исчерпания исключительного права интересам экономики и потребителя? На мой взгляд, да, вполне. Плюсов с точки зрения именно рынка и потребителя у параллельного импорта множество. Как минимум, он позволяет диверсифицировать каналы поставки товаров, устраняя риски искусственного дефицита и злоупотреблений  уполномоченных правообладателей в сфере ценообразования за счет усиления конкуренции. Минус на самом деле только один: такие потоки труднее контролировать на предмет соответствия поставляемых товаров заявленному качеству, техническим регламентам и иным, установленным законодательно требованиям (экологическим, гигиеническим, санитарно-эпидемиологическим и тд).


Источник фото: entlegal.ru
30.11.2022
На прошлой неделе Lely International объявила о прекращении работы программного обеспечения Horizon на территории России. Программа недоступна пользователям в РФ с 24 ноября, а все фермы, которые использовали ее, будут переведены на T4C. The DairyNews обратились за комментариями к представителям Lely, а также опросили представителей животноводческих хозяйств, чтобы узнать, возникали ли у них проблемы с программным обеспечением или комплектующими для используемых на фермах роботов.
Читать полностью